ВОЙНА НА УКРАИНЕ И КРИЗИС ПРОСВЕЩЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ О 1,7 миллиона погибших украинцев.

ВОЙНА НА УКРАИНЕ И КРИЗИС ПРОСВЕЩЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ

О 1,7 миллиона погибших украинцев.

Заметки с места событий

Д-р Ленин Торрес Антонио (9)

В эпоху позднего Нового времени обострились дебаты о социальной совместимости неолиберальной капиталистической экономической модели, что привело к формированию взгляда на государство как на простого наблюдателя автономного функционирования свободного рынка. Европа, в частности, считала, что ей удалось закрепить и продемонстрировать эту совместимость капиталистической экономики и государства всеобщего благосостояния, внедрив не только идею социального государства, но и идею социального рынка. Европейское сообщество с гордостью показало миру, что можно жить по индивидуалистическим правилам капитализма, гарантируя благополучие своих граждан, тем самым отличаясь от Соединённых Штатов.

Однако всего несколько дней назад премьер-министр Германии Фридрих Мерц заявил, что «немецкое государство всеобщего благосостояния больше не является финансово жизнеспособным» и что социальную модель необходимо переосмыслить. Парадоксально, но в период с 2022 по 2024 год Германия выделила 55 миллиардов евро на поддержку Украины для продолжения её войны с Россией. Аналогичным образом, премьер-министр Франции Франсуа Байру объявил, что представит своё правительство на вотум доверия в Национальном собрании для защиты своего плана фискальной и бюджетной корректировки, эквивалентного сокращению государственных расходов на 44 миллиарда евро. Однако, как и Германия, Франция потратила миллионы евро на поддержку Украины, продемонстрировав, что сохранение фикций Просвещения важнее, чем гарантирование пенсий и других социальных льгот для собственных граждан.

На Украине конфликт представляется как борьба двух моделей организации общественной жизни: просвещённой модели — демократической, основанной на свободах, достоинстве и правах человека, которая, очевидно, находится в своей завершающей фазе, и диктаторской модели. Запад настаивает на том, что он должен победить в этой войне, потому что «социальная и демократическая модель находится под угрозой, и мир окажется в руках варваров, если Россия победит». Этот нарратив ложный. На самом деле, на карту поставлено преобладание экономических и финансовых интересов между бессодержательным и неоколониальным правым крылом Запада во главе с Соединёнными Штатами и их приспешниками: Англией, Францией и Германией, и тоталитарными государствами Евразии, прежде всего путинской Россией и Китаем Си Цзиньпина. Это не манихейская борьба, в которую Запад пытается нас убедить своим извращённым нарративом свободы и демократии. Мишель Фуко ясно выразился: «Война — это продолжение политики другими средствами, но политика — это также продолжение войны другими средствами» (Фуко, 1976).

Если XX век был временем падения идеологий, символом которого стало падение Берлинской стены, то XXI век — это время смерти разума и цивилизованности.

В Европе ведётся не только бессмысленная война, но и битва с парадоксами веры в человеческое существование. Вымыслы Просвещения гибнут одновременно с телами, раздробленными ракетами, беспилотниками и взрывами нового оружия массового поражения. Демократия обнажает свою фиктивную сущность, а власть народа сменяется властью элит и просвещённых догм, которые рушатся под ритм смертоносных дронов.

Во имя этих парадоксов, какие аргументы у нас остаются, чтобы оправдать эту войну, кроме как признать безумие и вымысел первичными способностями человека? Флаг и несколько кусков земли стоили жизни 1 700 000 украинцев и тысячам россиян. Таким образом, разбивается вдребезги идея Канта о том, что «Просвещение есть выход человека из состояния несовершеннолетия, которое состоит в неспособности пользоваться своим разумом без руководства другого» (Кант, 1784/2004).

Поэтому мы должны видеть, что на Украине ведётся не только абсурдная, бессмысленная, смертоносная война, которая нанесёт тяжёлые травмы Европе и всему человечеству, но и погребёт цивилизованное и просвещённое видение, которым мы описывали человека. Падение идеологий в прошлом веке стало прелюдией к падению просвещённой мысли, которое мы переживаем сегодня. Сами того не осознавая, мы наблюдаем самый чудовищный цивилизационный регресс человечества. То, что мы создавали более двух тысяч лет, исчезает в абсурдной войне на Украине, ведомой варварским западным лидером, который одной рукой, вооружённым всевозможным оружием, нападает и угрожает тем, кто не подчиняется его диктату «восстановить величие Америки», а другой — развязывает тарифную войну, чтобы сохранить торговое и финансовое господство Соединённых Штатов.

Мир переживает ужасающую амнезию. Он забывает, что для достижения некоего соглашения о разумном и мирном сосуществовании необходимо было пройти долгий путь страданий, смерти и безжалостных войн. Цивилизация, взращенная идеями Платона, немецким идеализмом и Просвещением – в основном французской и английской – пришла к убеждению, что достигла концептуальной основы, способной быть воплощенной в транснациональных институтах права и гражданственности. Так было в конце Второй мировой войны, когда были созданы такие организации, как Организация Объединенных Наций (ООН) и Международный уголовный суд в Гааге, с целью предотвращения повторения злодеяний, подобных той войне и геноциду евреев, и разрешения межнациональных конфликтов посредством права и диалога.

Мы забываем о человеческом подвиге подавления своих желаний и инстинктов ради укрепления социальных связей, отдавая приоритет разуму, диалогу и духу общности, чтобы идти вместе, проявляя терпимость. Мы забываем, что утверждал австрийско-еврейский учёный Зигмунд Фрейд: «Цивилизация построена на отказе от влечений» (Фрейд, 1930). Это утверждение подкрепляет идею о том, что социальные связи ослабевают, когда насилие становится приоритетом, и что любовь и мир предпочтительнее войны.

Однако в эпоху позднего Нового времени всё, что было создано цивилизацией, было вытеснено. На смену ему приходит привязанность к силе и власти. Таким образом, мы видим, как военный сапог сегодня оказывается самым торжественным и бессильным. В колыбели цивилизации — Европе — ведётся бесчеловечная война, оправданная ложными русскими фантазмами, которые Западная империя, борясь с многополярным миром, усваивает для противостояния другим военным конструктам, таким как Россия и Китай.

Адорно и Хоркхаймер были правы, предупреждая, что «разум стал инструментом власти, средством господства над природой и человечеством» (Adorno & Horkheimer, 1944), что объясняет извращение идей Просвещения в современной геополитике.

В своей работе «Тотем и табу» Фрейд задаёт ряд важных вопросов: насколько примитивны мы, цивилизованные люди? Или насколько цивилизованы первобытные люди? В наше время, похоже, ответ заключается в том, что цивилизованный человек примитивнее тех, кого он называет «дикарями» или «коренными народами». Движимый жестокими и эгоистичными импульсами, он извращенно скрывает сложную структуру, которую он называет «цивилизацией», достигая её посредством постоянного удовлетворения своих самых первобытных потребностей: болезненного стремления к извращениям, пагубного стремления подчинять других и влечения к смерти, которое превращает и тех, и других в смертельных врагов.

Исчез мир художественной литературы и веры, превратившийся в законы, нормы, кодексы, манеры и даже в цивилизованные письма. Возрождается стиль письма, напоминающий о чистилище «Божественной комедии» Данте Алигьери и адской внутренней борьбе Раскольникова в «Преступлении и наказании» русского гения Фёдора Достоевского, а также о других текстах, намекающих на насилие и бедственное положение духовной жизни современного человека.

И теперь, к кому же нам обратиться? Если то, что мы считали лучшим, оказалось худшим, не лучше ли вернуться к власти первобытных сил, к биологии, где выживает и правит сильнейший? Или мы верим, что существуют люди, генетически предрасположенные к власти?

Сначала мы перестали верить в веру, заложенную в Библии; затем в разум, закреплённый в законах и нормах; а теперь – в нашу общинную природу и даже в наше социальное положение.

Не знаю, удастся ли реконструировать концептуальную схему, которая заняла у нас более двух тысяч лет и позволила нам воплотить в реальность вымысел о том, что мы по сути своей социальные существа. Более того, не знаю, сможем ли мы когда-нибудь снова поверить в эту выдумку рациональности, поверить в нашу социальную природу и снова гордиться тем, что мы — мыслящие животные.

Не знаю, зарубцуется ли рана, нанесённая нашему разуму, и сохраним ли мы ещё достаточно сил и интеллекта, чтобы вновь поверить, подобно Кандиду Вольтера, что «мы живём в лучшем из миров» (8).

(1) Благодаря освещению в СМИ нас заставили поверить, что величайшим геноцидом, когда-либо пережитым человечеством, был Холокост, а Гитлер – олицетворением зла на Земле. Однако в этом повествовании погребены тысячи людей, погибших в войнах во Вьетнаме, Корее, Ираке, Афганистане, Палестине, Ливане и Сирии. К этому следует добавить жертв военных переворотов в Латинской Америке и Карибском бассейне – Никарагуа, Сальвадоре, Чили, Боливии, Аргентине, Бразилии, Доминиканской Республике, Гаити, – финансируемых, организованных и продвигаемых американскими спецслужбами.

И это без учёта смертей в войнах, спровоцированных неоколониальной Европой в Африке, а также недавних войн, вызванных израильской агрессией против суверенитета Ирана. По оценкам, на сегодняшний день в войне на Украине погибло более 1 700 000 украинцев и тысячи молодых россиян. Именно так действует западный нарратив: искажая историю, они создают мир, приспособленный для поддержания системы эксплуатации и угнетения.

(2) https://oyeveracruz.com.mx/columna.php?id=42555 Регресс цивилизации.

(3) https://www.entornopolitico.com/columna/69328/lenin-torres-antonio/ Трамп, могильщик Просвещения.

(4) Фуко, М. (1976). Защищая общество. Фонд экономической культуры.

(5) Кант, И. (2004). Что такое Просвещение? (Перевод И. Гаоса). Alianza Editorial. (Оригинальная работа опубликована в 1784 г.)

(6) Адорно, Т. В. и Хоркхаймер, М. (1944). Диалектика Просвещения. Trotta.

(7) Фрейд, С. (1930). Недовольство культурой. Amorrortu Editores.

(8) Вольтер. (2005). Кандид, или оптимизм (Перевод И. Пухоля). Ediciones Cátedra. (Оригинальная работа опубликована в 1759 г.)

(9) Бакалавр философии, философский факультет, Университет Юты, магистр психоаналитической теории, Институт психологических исследований Университета Юты; Углублённое обучение – исследовательская квалификация, полученная в докторантуре по программе «Основы и развитие психоанализа», философский факультет Мадридского университета Комплутенсе, Испания; Углублённое обучение – исследовательская квалификация, полученная в докторантуре по программе «Проблемы философского мышления», кафедра философии философского факультета Мадридского автономного университета, Испания; Докторская степень в области образования, Народный автономный университет Веракруса (UPAV). Дипломы: «Государственные финансы» и «Стратегический политический анализ», Институт государственного управления Веракруса.

Август 2025 г.